?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Оригинал взят у kiowa_mike в Снежный баран, которого нет. "Русский охотничий журнал", №10, 2015.


Научные сотрудники обладают своими комплексами. Главный из них обычно состоит в ощущении, что то, что они делают в жизни никому на свете не нужно. Для того, чтобы оправдать свое существование в глазах общественности, научный сотрудник обычно выдумывает какой-нибудь фантом и описывает его в качестве открытия. Открытие это, обычно, тоже не имеет никакого практического значения, но поднимает научного сотрудника в глазах общественности; и, не в последнюю очередь – в своих собственных.

Так вот, я расскажу вам о нетипичном примере такого псевдооткрытия, как никому не нужный подвид вполне может стать источником реальной коммерческой прибыли.

Ты помнишь, как все начиналось…

Где-то тридцать лет назад один активный (то есть это он тогда был молодой, а активен он еще и сейчас) научный сотрудник, стараясь добавить новизны в свою диссертацию, ничтоже сумняшеся, описал новый, неизвестный до сих пор науке, подвид снежного барана, который назвал «чукотским».

Времена были старинные, патриархальные. Новый подвид не был признан практически никем, кроме «первооткрывателя». Впрочем, первооткрыватель словил на нем еще один профит чисто советского свойства – добился занесения в Красную Книгу РСФСР, что означало для сотрудника и его лаборатории примерно 100 баллов в соцсоревновании – примерно во столько же оценивалась публикация в зарубежном научном журнале.

Позволю себе напомнить как это было «при историческом материализме», как называл этот период нашей истории незабвенный Остап Ибрагимович Бендер.

Снежный баран был малозначимый промысловый вид, живший в труднодоступных уголках нашей родины. Уголки эти были мало того что труднодоступны, но еще и на редкость малопродуктивны (ибо север и среднегорье), почему этого барана нигде не было особенно много, да и не могло быть. Честно говоря, когда я смотрю на типичные местообитания этого зверя, у меня, буквально, слезы на глаза наворачиваются – умом очень трудно понять, как эти несколько утлых былинок могут поддерживать жизнь довольно крупных животных (масса среднего самца снежного барана – именно что среднего самца, а не крупного рогатого трофея колеблется от 90 до 140 кг; самки – от 25 до 60 кг).
Это я к чему – невиданного изобилия снежных баранов на всем его ареале не было никогда, а не только в период активного освоения севера, пришедшегося на 60-е -80-е годы XX века. Наибольшие плотности наблюдались (да наблюдаются и сейчас) на морских побережьях Охотского моря и Камчатки (мало снега, хорошие условия ухода от хищников); но ничего близкого с численностью тех же козерогов в Саянах или туров на Кавказе там никогда не наблюдалось.

А в 60-е – 70-е годы – и подавно.

Дело в том, что по большей части северо-востока – основному ареалу снежного барана работало огромное количество изыскательских экспедиций. И дело было совсем не в том, что они, частично, имели на своем вооружении нарезное оружие, которое некоторые неумные люди считают основной причиной сокращения численности фауны в удаленных местах – нет, они имели в своем распоряжении самые современные транспортные средства (вертолеты Ми-4, скажем, базировались на большинстве значительных баз геофизической съемки) и довольно много свободного времени.
Кроме того, эти малодоступные территории осваивались крупнотабунным пастбищным оленеводством. А оленеводы со своими стадами «протекали» в самые укромные уголки северных горных стран. И уж эти люди умели добыть свой кусок мяса не только из карабина, но даже из мелкана.

Это я все к чему?

А к тому, что ареал снежного барана в то время сокращался, и в нем появились значительные разрывы.

Ибо традиционно бараны живут в горных странах «островами» - большой горный хребет, много в нем пастбищ и крутых склонов со скалами-отстоями от хищников – много баранов, несколько больших стад.

Маленький хребтик, мало пастбищ и т.д. – одна – две маленькие группировки.

Вот подкочевывает к этому хребтику бригада оленеводов совхоза им. Ильича – и приходит всем баранам этой группировки карачун буквально за два-три года. Иначе говоря – котел.
А в структуре популяции образуется разрыв.

Ну и вот, на основании этих, буквально только что, появившихся разрывов, и отдельных индивидуальных различий в нескольких измеренных особях, наш научный сотрудник взял и описал новый подвид снежного барана. Чукотский.

И на волне моды «на экологию» и отсутствии вообще каких-либо данных о численности, в тех, далеких, 1980-х годах снежного барана Чукотки заносят в Красную Книгу РСФСР.

И все опять затихло.

Бараны жили сами собой, в горах, научные сотрудники – сами собой, в городах, Совет по Красной Книге – тоже сам собой, папки перебирал…

И тут начался всеобщий ажиотаж, связанный с трофейной охотой, бараньими «кругами» и «шлемами»…

И совершенно никчемный, из пальца высосанный вопрос приобрел весьма ощутимое финансовое наполнение.

Снежный баран с точки зрения трофейной охоты.

Снежный баран, как и все остальные виды диких баранов в мире, сегодня в глазах охотников покрывается налетом мистической ауры. Шутка ли дело – семь позиций в Книге Рекордов SCI и семь - Книге рекордов российских охотничьих трофеев! Это – несколько очень серьезных охот, измеряющихся по-настоящему большими деньгами, это большие затраты для охотников-спортсменов и немаленькие прибыли для организаторов охотничьих экспедиций.

А что такое «описать новый подвид снежного барана» с точки зрения сегодняшнего трофейного горного охотника?

Это значит – добавляется еще один трофей во всякие «шлемы», «кубки», «списки». Алмазные, золотые, бронзовые и медные.

Это – ажиотаж, и деньги, деньги, деньги.

Особенно, если это баран, за которым надо ехать на край света.

Вообще, с систематикой именно что баранов Старого Света всегда было забавно. Знаете ли вы, например, что ВСЕ (повторяю – ВСЕ!) виды баранов Евразии профессор Гептнер сводил к двум – горным баранам и баранам снежным?

И современная наука генетика, похоже, этот вывод подтверждает…

Но даже если с видовой принадлежностью баранов происходят столь малопонятные для весьма многоученых людей вещи, то что говорить о более мелких градациях – таких, как подвиды?
Здесь я чуть-чуть остановлюсь и попробую объяснить, что такое подвид в современной систематике млекопитающих.

Подвидом называется совокупность особей, связанная с близким к ней видом или расой наличностью переходных форм, но имеющая определенную географическую область обитания.
Организмы, принадлежащие к различным подвидам одного вида, способны к скрещиванию и производству плодовитого потомства, но они зачастую не скрещиваются в природе из-за географической изоляции или других факторов. Различия между подвидами, как правило, менее чёткие, чем между видами. Характеристики, отнесённые к подвиду, как правило, развиваются в результате географического распространения или изоляции.

В общем-то, классическая школа биогеографии считает, что необходимым требованием к возникновению подвида является та или иная степень географической изоляции. Ну а изоляция – вот она – налицо.

Все ли корректно в исходных данных?

И тут надо сказать, что как бывший коллега, и в некоторой степени, свидетель деятельности того самого сотрудника, я в ряде его данных очень и очень сомневаюсь.

И имею на это право – как человек, регулярно бывающий в этих местах – при проведении фото-, теле- и охотничьих экспедиций.



Вот разрыв на карте между т.н. «чукотской популяцией» и основным ядром обитания якутского барана, приходящийся на Колымское нагорье, точнее, его участок с высотами в 1300 – 1500 метров – именно там, до недавнего времени добывала свои трофеи знаменитая северо-восточная компания «Кулу», видимо, не догадываясь о том, что это – пограничный участок, «естественная изоляция ареала».



На самом деле гораздо более правдоподобной выглядит карта из Википедии, хотя она и не отражает распространеия снежного барана на Чукотском полуострове (где он, без сомнения, есть).

Кроме того, я сомневаюсь в закономерности введения этого снежного барана в Красную Книгу РСФСР уже даже в те годы, когда это происходило.

Учеты, на которые ссылается сегодняшнее издание Красной Книги, в 1973-1979 гг не проводились, да и проводиться не могли – из-за отсутствия необходимого количества специалистов в регионе и государственной утвержденной методики. Лично я в 1989 г. на Чукотском полуострове за один полевой сезон наблюдал больше 150 снежных баранов – это уж точно; равно как и больше чем сотню наблюдал в 1990 в одном ограниченном районе Олойского хребта (по приводимым в Красной Книге сведениям в Олойском хребте и системе Уш-Урэкчен – 380). В 1989 году лично я видел группу в 12 самок с ягнятами буквально на окраине поселка Эгвекинот, в 300 метрах от жилого панельного пятиэтажного дома.

Так что сведения об угнетенности популяции баранов на Чукотке я нахожу несколько… ээээ… преувеличенными.

Изолирована ли популяция?

Изоляция популяций группировок снежного барана на территории Чукотского автономного округа – тоже весьма относительна. Очевидно, что в историческое время (и, похоже, не далее, как 60 лет назад) все группировки снежного барана от Чукотского полуострова и до Станового хребта были одним целым, без разрывов. Исключение составляют бараны путоранский, корякский и камчатский.

Сто лет, с эволюционной точки зрения – это даже не мгновение.

Это меньше.

Никакие подвиды – в морфологическом, генетическом и любом другом смыслах за этот период сформироваться не в состоянии.

Кроме того, с начала 90-х годов XX века два самых мощных фактора антропогенного пресса – оленеводы и экспедиции освоения – в описываемом регионе свели свое влияние «на нет».
И бараны начали восстанавливать свою территорию обитания.

А как же, скажете вы, территориальный консерватизм?

О, о территориальном консерватизме я скажу особо.

Да, на самом деле, снежный баран обитает на очень ограниченных участках территории. Это делает его крайне уязвимым для охотника - как я уже писал, регулярно подкочевывающие к заселенному баранами хребту оленеводы легко могут поставить точку на всей тамошней группировке животных.

Но при всем том молодые животные без особого страха пускаются в длительные переходы к горным хребтам по практически плоской равнинной местности (так, в 1992 году группа из шести баранов была встречена в марте при переходе через долину реки Кавы, в 40 км от ближайших свойственных им местообитаний (и в 80 от основного очага в хребте Чуткавар). Направлялись же они к хребтам на левобережье р. Челомджа – тоже, как минимум, в 80 км от точки встречи. В июне 2006 года мы с коллегами наблюдали молодого снежного барана, прошедшего по побережью Охотского моря от мыса Павловича до лагуны Сиглана около 17 км. После этого баран ушел в редкостойную лиственничную тайгу, направляясь, судя по всему, на п-ов Кони.

И, в довершение ко всему, трех снежных баранов в июне 2009 года наблюдали на мысе Нюкля в излюбленной зоне отдыха десятков тысяч магаданцев.

Уж если это не доказывает, что снежные бараны способны перемещаться в поисках новых мест обитания на значительные расстояния (минимум в несколько десятков километров), то тогда не знаю что уж это и доказывает…

И все эти многократно поминаемые исследователями-баранятниками «изоляции популяций» - несколько… надуманы, что ли…

Что подтверждает генетический анализ митохондриальной ДНК, в которой образцы с Чукотки, из Станового, Верхоянского и Момского хребтов образуют один кластер - якутский снежный баран.



Итак, чукотского снежного барана как отдельного подвида НЕ СУЩЕСТВУЕТ (а существует именно что якутский подвид снежного барана, часть ареала которого расположена на Чукотке. Именно она, по непонятным никому сегодня причинам, и занесена в Красную Книгу Российской Федерации.
Кого добывают под видом «чукотского барана»?

Но вот охотятся-то при этом на Чукотке даже не на этого мифического чукотского снежного барана.

А на корякского!

Ибо те считанные лицензии, которые выдаются на Чукотку, выдаются на корякскую популяцию снежного барана, которая заходит на территорию Чукотского автономного округа своим северным краем.

Что подчеркивается на всех интернет-сайтах, освещающих легальную охоту на этого барана на русском языке.

А при переходе на английский язык корякский снежный баран вдруг чудодейственно превращается в чукотского.

И продают мировые аутфиттеры этого корякского барана как чукотского.

Которого де-факто не существует. А существует популяция якутского подвида снежного барана, обитающая на территории Чукотского автономного округа. Кстати, весьма хорошо размножившаяся за последние 30 лет и давно выросшая из «Красной книги» (если ей и надо было когда-то туда входить, в чем я лично глубоко сомневаюсь).

Забавные вещи происходят на этом свете, господа…

В сухом остатке.

На самом деле я никак не претендую на то, чтобы кошку называли кошкой - «чукотский снежный баран» существует лишь в делении баранов на формы у Международного клуба Сафари (SCI) и в писаниях изобретателя данного подвида — даже в Красной Книге Российской Федерации он существует как «Якутский подвид снежного барана, обитающий на территории Чукотского Автономного округа».

Я - за то, чтобы начать процесс выведения этой формы из Красной Книги — как по причине ее многочисленности, так и из-за надуманности аргументов по внесению ее туда.

И хоть какие-то деньги за отстрел квоты этой формы потекут в казну многострадальной Чукотки...

В "Русском охотничьем журнале".

Comments

( 1 comment — Leave a comment )
alexbreeze
Dec. 10th, 2015 05:30 pm (UTC)
И хоть какие-то деньги за отстрел квоты этой формы потекут в казну многострадальной Чукотки... как то на фоне годового объема золота Чукотки эта фраза не убедительно выглядит. А насчёт красной книги увы, из за мелкого гешефта одного не слишком одаренного кбн, случаются такие казусы. Кстати точ такая же ситуация с Саянским северным оленем популяцию тыщ то ли в 5 то ли 15(нормальные авио учеты давно в прошлом) объявили краснокнижным и все. Хотя тож объект для охоты был не плохой.
( 1 comment — Leave a comment )

Profile

yarin_mikhail
Михаил Ярин "Хыч"

Latest Month

January 2018
S M T W T F S
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031   

Tags

Page Summary

Powered by LiveJournal.com
Designed by yoksel