Михаил Ярин "Хыч" (yarin_mikhail) wrote,
Михаил Ярин "Хыч"
yarin_mikhail

Categories:

Изумительный текст.

Автор:https://www.facebook.com/dav.alsou?fref=nf

Усом гребенчатой креветки можно отрезать голову взрослому человеку. Северная природа – грубая и алчная. Раньше она такой не была. Теперь так: где сорвешь травинку, вырастут три – тучнее, острее, резче. Где вырвешь горсть, взойдет куст – по пояс, колючий и плотоядный. Будет сечь брюки до самой крови. Две недели не навестишь могилу – на третьей ее не найдешь: зарастет. Травы съедят краску вместе с забором. Чайка нагадит на капот? Придется покупать другую машину, говорит моя мама. Твари срут серной кислотой. Раньше дворовые кошки охотились на чаек. Теперь кошек нет: их съели чайки. Эта природа – лев. Может быть парень тебя и не расчленяет, но выбор – не твой. Ты ничего не решаешь. То есть, человеку позволено жить. Помидоры – растут. Питьевая вода – из крана. Море – жирное, как белорусское масло. Рыба – тычет в коленки: бери руками. Оленина – слаще сахарной ваты. Билайн распространяет какую-никакую волну. Живи человек, будь сыт и полноценен в любви. Но гарантий, что тебе не перекусят хребет ни с того ни с сего – никаких. Это – как дыхание океана. Или – как рак. Там, где отрежешь, вырастет наново – зеленое, хладнокровное, гибкое и на этот раз не слюнявое, а с саблевидными мышцами. Эта природа была рождена затем, чтобы вести войну. И вот она вошла в свой жесточайший оптимум. Климат меняется. Господь перекраивает и перешивает земную кожу. Теперь каждая рана северной природы зарастает не столетие, не год, не неделю. А час. И смотреть на это воистину страшно.

Мама заходит в траву по пояс. Крупногабаритная осока, иван-чай в человеческий рост, агрессивно-синие мясистые колокольчики. Уплотнённый строй. Гущи. Воплощенная тернь. Я остаюсь на обочине. Мам, ты куда? Тут тропинка, детка, отвечает мне мама, была тропинка, поясняет, еще позавчера. Иди за мной. Господи, думаю я, не могу! – может еще руку в котел с пираньями? А клещи? Нет, детка, говорит мама. Им у нас холодно. Но если увидишь медвежье дерьмо – сразу скажи.

Мысли о драме России лучше держать при себе: люди тебя не поймут. Говорить о политике – неприлично. Почти кощунственно. Есть главный верховный Бог – природа. И этот Бог не над человеком, а рядом. Он обступает. Сто сорок тысяч бойцов – как горстка бисера на дне вагона-цистерны. В лицо стоит серый, богатый белком, трудовой океан. А за спиной тысячи километров отборного необитаемого Марса. Такого Бога не прокормишь восковыми свечами. Ему подавай настоящее, бессмертное, кровное чувство. Все напряжение жизни отнесено в отношения человека с ландшафтом. Каждый день покорять. И каждый день покоряться. Северная природа – тоталитарна и моногамна. Ей нельзя изменить с государством. Любая свободная минута должна быть отдана ей. Все до капли свободное время люди проводят в лесу или на берегу воды. Никто не осмелится в солнечный день остаться в пределах города. Люди живут как греки. В обеденный перерыв садятся по джипам и едут есть бутерброды на вершине горы. В выходные – пакуются семьями – с палатками, сетями, собаками и грудничками. Долг человека – застрелить сколько сможешь дичи, выволочь на берег сколько сможешь рыбы, пережить сколько сможешь катарсиса от величественных пейзажей – материальных воплощений органных прелюдий Баха. Такой образ жизни. Без телевизоров и ресторанов.


На улице Ленина из десятков динамиков к горожанам обращается диктор: читает правила поведения граждан в лесу. Рекомендовано передвигаться группами, громко беседуя: медведи не очень приветствуют шум. При обнаружении помета или следов необходимо немедленно уводить детей к внедорожнику и покидать зону риска. Не оставлять осколков стекла. Даже тех, что представляются микроскопическими. Луч, отраженный крупицей со спичечную головку, может поджечь гектары леса. Мама подбадривает. Бояться не надо. В прошлом сезоне в черте города было застрелено тридцать семь особей. В этом – всего один медведь. Лето идет хорошо. Куда лучше, чем прошлое. И тем более позапрошлое, в которое мой зять, инженер, в дежурство на месторождении из собственного ружья застрелил пятерых.

При школах отстроили свеженькие стадионы. Возвели дополнительный городской – закрытый. Центральный, времен моего детства – отремонтировали. Я подошла к ограде и посмотрела вниз, через ряды трибун. Жизнь кипит. Баскетбол, волейбол, футбол. Бегуны. Парковка перед главным входом – забита. Из открытых окон играет рэп. За рулем много подростков. У дверей Дворца Спорта группа мальчишек в спортивных костюмах. Это уже совсем другие дети. У них ни сигарет, ни пива. Только маты. Каждая вторая женщина – беременна. Из десяти беременных – девять катят перед собой коляску. Так много детей я не видела никогда. В моде отцовство. Вечерами мужчины на променаде – с колясками. Иногда даже парами – два отца, каждый со своим грудничком. Как-то на Карла Маркса я видела сумасшедшего – белобрысый, усатый, лет сорока – метался с пустой закрытой коляской вокруг овощного развала. Возил несуществующего ребенка и громко с ним разговаривал – гулил, успокаивал, просил пустое место не плакать и наконец засыпать. Конец России, который сама Россия всегда ощущала, как ороговевшую кожу, как волосы или как ногти, неожиданно произвел на свет непомерное море младенцев. В расписании спортивного клуба два занятия для беременных в день. Обе группы – битком. Младенцы множатся агрессивно, в темпе природы, их уже сейчас больше, чем взрослых. Глядя на это нельзя не почувствовать, что Господь строит какие-то дальние, непривычные нам, инертным, планы. Шаблон где-то уже надтреснул. Но рокот и рев крушения старого мира к счастью я не услышу – не доживу. Просто я месяц ходила по городу детства и в голове у меня сама собою звучала каждый день одинаковая фраза: время юга прошло.
Tags: Колымское., Магадан, Цитаты.
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 10 comments